Их всего два. Первый: ты организуешь утечку информации. Премьер обрушивает на тебя свою ярость, в ответ ты обещаешь ему не останавливаться ни перед чем и так далее. Это исключает перспективу тюрьмы в будущем, но почти наверняка означает окончание многообещающей карьеры. Второй: сделать все, как предписал он. Тоже скверно, по очевидным причинам. Маккиоли под присягой подтвердит, что тебя специально предупреждали, что платить выкуп противозаконно.

— Негусто получается.

— На данный момент — да. Скажи, а откуда могут появиться деньги для выкупа?

— Понятия не имею. Например, какой-нибудь очень богатый патриот неожиданно войдет в комнату с чековой книжкой в руке.

— Вообще-то случается всякое. Предположим, деньги нашлись. Что дальше?

— Картина возвращается на место. Затем начинается охота за грабителями. Ведь в конце концов они могут проделать этот трюк снова.

Боттандо покачал головой:

— Неразумно. Потому что после всего тебе нужно затаиться. Выполнить лишь то, что предписано, и не более.

— Но я не вполне понимаю, что мне предписано.

— Пойми, коварству можно противопоставить только еще более изощренное коварство. А если тебе изложить это все на бумаге? Потом заверить у адвоката. Тогда в случае необходимости ты вытаскиваешь бумагу и машешь ею. Вот, смотрите, я поняла инструкции премьер-министра так-то и так-то.

Флавия хмыкнула точно так же, как обычно Боттандо, когда она предлагала какой-нибудь неприемлемый вариант. Он мягко улыбнулся. Ему тоже было немного жаль Флавию. Ведь чем выше пост занимаешь, тем больше на тебе ответственности.

— Я не решаюсь просить вас о помощи…

Боттандо усмехнулся:

— Дорогая моя. Конечно, мне очень хочется тебе помочь, но я уже стар для того, чтобы бегать на встречу с похитителями с чемоданами денег в руках. А кроме того, у меня сейчас сложная ситуация.

— Что такое?

— Флавия, — генерал сделал скорбную гримасу, — мне здесь скучно.